27 ноября 2007 года. 
Лещев поиграет и до 40 ("Ф+Х"). 

Нападающий «Химика» о судьбе, команде и ударной тройке подмосковного клуба – подзаг

Неделю назад Альберт Лещев удостоился памятного приза – за 150-ю шайбу, заброшенную в элитном дивизионе нашего хоккея. Лишь 8 шайб осталось ему до попадания в число 100 лучших голеадоров в истории чемпионатов страны. Легко ли вообще быть бомбардиром? И каково играть более 15 лет на высочайшем уровне, как делает наш герой? Страшно подумать: в большом хоккее он с 1991 года! 

Чтобы узнать ответы на эти и множество других вопросов, корреспондент «Ф+Х» встретился с Альбертом Лещевым в его новом доме – на «Арене Мытищи», которая вот уже третий сезон является родной для подмосковного «Химика».

Геннадий НАБАТОВ

КАК СКАЗАЛ МОЗЯКИН!

Любопытная история предшествовала 150-й шайбе Лещева. Перед игрой с «Динамо» памятную статуэтку хоккеиста за 200-й гол в большом хоккее (с учетом шайб в высшей лиге) вручали еще одному форварду «Химика», ее лидеру и лучшему снайперу Сергею Мозякину, который играет с Лещевым в одном звене. На утренней раскатке мне пришлось сфотографировать Мозякина с тем призом раньше времени, иначе бы фото не попало бы в свежий номер газеты. Так вот, Лещев, увидев приз и узнав о награждении партнера, лукаво заметил: «Эх, Мозяка, тебя не догнать, уже 200 наколотил!»

На это Мозякин, который на 10 лет моложе партнера, без запинки, уверенно, в мгновение парировал: «Не волнуйся, сегодня же и забьешь. Сам помогу!»

Мозякин не покривил душой. В первой же смене отдал пас на Лещева, который с ходу, буквально как шар в лузу, загнал шайбу точно в «девятку». Ох, сколько же у Лещева было радости! 

Шла только 37-я секунда встречи. Вот что значит боевой настрой друзей-товарищей…
 

НОМЕР В ЧЕСТЬ СЫНА
– Альберт, скажите, почему вы в «Химике» выбрали 9-й номер?
– Я только третий сезон выступаю под 9-м. Раньше играл под 6-м. Дело в том, что 9 августа 2005 года у меня родился второй сын Владик. Сейчас ему почти два с половиной, а старшему – Даниле – в апреле исполнится 12. Мы с женой Мариной посовещались, и я решил взять «девятку». С тех пор этот номер приносит мне удачу. Вон в прошлом сезоне сколько мы наколотили…

В ЦСКА я лет шесть играл под 22-м. Потом взял 15-й, ну а в конце армейской карьеры на спине красовалась «десятка». Так девять лет я был красно-синим. Теперь вот уже пятый год мои любимые цвета – синий и желтый. Те, в которых играет «Химик».

ВЕЛИКОЛЕПНАЯ ТРОЙКА – ЗАСЛУГА ВОРОБЬЕВА
– Ваша фирменная тройка Пронин – Лещев – Мозякин с прошлого сезона стала своего рода символом «Химика»…
– За это надо сказать спасибо Петру Ильичу Воробьеву. Именно он ее создал. Мы все трое, кстати, до этого играли в ЦСКА у Виктора Тихонова. Правда, в одно звено никогда нас не ставили. Помню даже, как Пронька совсем молодым начинал. Его первым матчем в основе ЦСКА, если не ошибаюсь, стала игра в Воскресенске именно против «Химика». Шла весна 96-го, сезон подходил к завершению, и Тихонов доверил ему право выйти в матче суперлиги. Кто бы тогда знал, что и он, и я десятилетие спустя вновь окажемся в одной команде – «Химике». Я даже не поверил бы никогда, что с этим мальчишом буду жить на базе «Химика» в одном номере. Тогда ведь разница в семь лет, конечно, очень чувствовалась…

– Так как же Воробьев создал вашу «армейскую» тройку?
– Прошлым летом в «Химике» создавалась суперкоманда. Пресса загодя трубила чуть ли не о новом чемпионе. Я вместе с Прониным играл в третьем-четвертом звене на турнирах в Финляндии и Уфе. Так получилось, что в конце августа перед началом Кубка «Спартака» нам предстояла встреча с «Крылышками». Заболел Илья Зубов, который выходил в стартовом звене вместе с Мозякиным и Пашей Воробьевым. И в первой же игре я забрасываю две шайбы! Фантастика! Болельщики и тренеры в восторге!

Ну а потом после первых матчей чемпионата Петр Ильич своего однофамильца перевел в другое звено, а к нам с Мозякиным поставил Пронина, с которым у нас уже была накатанная связка. Я играл в центре, ребята – по краям. Так и провели два месяца, практически до новогоднего Кубка Шпенглера. В Швейцарии же тренеры экспериментировали. Вместо Пронина они ставили к нам в звено «латыша» Широкова, и тогда я уходил на правый край. В январе же после этого зарубежного турнира Пронина от нас с Мозякой все же убрали…

– И восстановил тройку уже Сергей Борисов, в конце февраля сменивший Петра Воробьева на посту главного тренера «Химика».
– Да, именно он. После того, как мы «завалились» – 11 матчей прошли без побед. После же втроем с Прониным мы провели весь март, в том числе матчи плей-офф, в которых лишь усталость после пятиматчевой зарубы с «Северсталью» помешала нам на равных биться с отдохнувшим «Ак Барсом». Казанцы-то своего соперника в первом раунде прикончили под сухую.

О ДРУЖБЕ

– Летом новый рулевой «Химика» Евгений Попихин вновь пытался вас разбить…
– Это обычные тренерские поиски, не более того. Летом на предсезонке все ищут новые варианты. Вот и нас ставили с Экманом, с Барановым. Однажды даже с Лисиным, в сентябре все же уехавшим за океан. Все это происходило из-за нехватки в команде центральных нападающих. Поэтому Пронина и поставили в центр в другое звено.

– Нынешний сезон вы так и начали с Экманом…
– Да, но провели так только два первых матча в Магнитогорске и Челябинске. Оба, кстати, проиграли. Попихин – умный и грамотный тренер, он все увидел и быстро сориентировался. Как только Проньку к нам вернули, мы тут же выиграли у фаворита чемпионата «Салавата Юлаева». Кстати, наша тройка тогда и забросила единственную шайбу (гол на счету нашего героя. – Прим. ред.)

– Ну а с кем вам все же комфортнее?
– Ну конечно, с Пронькой. Он свое дело знает, и забить может, и отпасовать вовремя, и потолкаться на пятачке. Словом, клад, а не нападающий! Мозяка тоже так считает, вот спросите у него сами! (Улыбается.)

– А как вы подружились?
– С Сережкой в ЦСКА два года вместе играли. С Пронькой гораздо больше, но 
сблизились мы только в «Химике». Еще в Воскресенске три года назад. Коля только-только ушел из ЦСКА. Я понимал его чувства, переживания. Ведь и мне когда-то, в 2003-м, не предложили нового контракта. Мне отказал Тихонов, ему – Быков. Просто позвонили агентам и сказали: все, не нужны, ищите другие команды…

– Вы-то за себя переживали?
– Я? (Надолго задумывается.) Ну а как вы сами-то думаете? Девять лет верой и правдой служил ЦСКА. И забивал немало, и болельщики любили… Но после возвращения год отыграл в суперлиге, и все – «начали курс на омоложение». (Вздыхает.) Ну что теперь вспоминать, время прошло…

БРАГИН ПРИГЛАШАЛ ДВАЖДЫ
– В «Химик» вас приглашали Валерий Брагин и Юрий Новиков…
– Да, говорили, что я нужен им как один из лидеров коллектива, как один из тех, на кого может опереться молодежь. Мне тогда было 31, в сентябре исполнялось 32. И «Спартак» приглашал, но в «вышку». Мне показалось: хватит, уже и в ЦСКА там наигрался. Вот и выбрал чуть более отдаленный от Москвы Воскресенск.  Кстати, Брагин меня и нынешним летом к себе в «Спартак» приглашал. Но я ждал предложения от «Химика». И подмосковный клуб увеличил мой гонорар вдвое. Грех жаловаться…

БЛИЦ-ОПРОС
– «Химик» в этом году на что способен?
– Команда сбалансирована на всех линиях. У нас сильные легионеры, на подходе хорошая молодежь. Думаю, мы можем побороться за высокие места. 

– Почему тогда команду «качает»?
– С кем не бывает? Хоккей – вещь непредсказуемая.

– У вас, отнюдь не бедного человека, остались нереализованные мечты? 
– В хоккее? Выиграть медали. Бог даст– срастется. Сборная? Я в прошлом году и так от счастья прыгал, когда Быков меня позвал. Два этапа Евротура выиграл, «серебро» взяли в финале. 

– Долго собираетесь играть?
– Контракт с «Химиком» у меня на два сезона. Сейчас мне 36, через два года будет 38. Но ведь Игорь Ларионов до 42 лет играл! При профессиональном отношении к делу все возможно. Хотя, конечно, хотелось бы играть только в суперлиге. Ну а после хочется наслаждаться жизнью и ни в чем себе не отказывать.